Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)
Меню YOLDASH.news МаълуматларКъайгъырыш КъутлавларDAG.newsВ ДагестанеВ РоссииИнтервьюВ миреНа КавказеГлава РДНародное СобраниеПравительствоМинистерства и ведомства Муниципалитеты In memoriamНовости спортаГод культуры безопасности Выборы - 2018ЧЕ-2018 Kaspeuro2018"Времена"ИнфоблокПолитикаИсторияКультураЛюди и время НаукаНовые книгиАчыкъ сёзАналитикаЖамиятПолитика.ЭкономикаБаянлыкъДин ва яшавЖамият низамИлмуTürk dünyasi Савлукъ ЭкологияЮртлар ва юртлуларЯшёрюмлер МаълуматАнтитеррорБирев де унутулмагъан...СапарМаданиятАдабиятКультура ожакъларБилимИнчесаният Къумукъ тилКроссвордМасхараларТеатрЯнгы китапларЯшланы дюньясы Спорт ярышларЕдиноборства Развитие спортаСоревнованияФК «Анжи» МедиасфераО газетеО сайтеСМИФото дняНаши партнерыНаши спонсорыСотрудникиНаши авторыАфишаГалереяРекламаЮбилейный номер
Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)

О хазарских истоках в фольклоре и языке татов


В начальный период своей научной деятельности я выступил с докладом на теоретическом семинаре в Институте истории, языка и литературы Дагестанского филиала АН СССР по теме, касавшейся возможным отголоскам хазарского периода истории кумыков в нашем фольклоре, языке, истории. В то время (точно не помню, кажется, в конце 70-х годов) эта идея была довольно нова, да и в моём докладе, очевидно, были неточности, натяжки и т.п., но как бы то ни было, моя идея в целом не была воспринята коллегами, не  обошлось и без «закулисных» издёвок (особенно по части моих предположений о рудиментах иудаизма в нашей культуре, мол, как это – мы и евреи?! – о наших древних связях с татами).

Зная, что в науке нет «столбовых дорог», я продолжал поиски – как в литературе, так и консультируясь у старших. И тут я вспомнил о Хизгиле Давыдовиче Авшалумове, народном писателе Дагестана, знатоке татского языка и фольклора, человеке образованном, начитанном, с которым я был знаком, а с его дочерьми Людмилой и Наидой нас связывали творческие интересы (кстати, Наида блестяще защитила кандидатскую диссертацию, выполненную под моим руководством). Я обратился к Хизгилу Давыдовичу с просьбой ответить, наблюдаются ли какие-либо хазарские истоки в культуре татов, и он любезно откликнулся на мою просьбу приводимым ниже письмом. Я был несказанно обрадован, во?первых, потому что такой знаменитый писатель уважил просьбу какого-то мнс (младшего научного сотрудника), во-вторых, в связи с тем, что некоторые из его данных совпадали с кумыкскими (о хазарской казне, о возможности связи слова «казак» со словом «хазар», а другие подтверждали правомерность поисков рудиментов хазарской культуры и у татов, и у других дагестанце

Надеюсь, письмо Х. Д. Авшалумова будет интересным любителям дагестанской старины.

  

Многоуважаемый Абдулхаким Магомедович!

 

У нас в народе с почтением говорили о хазарах. Я не раз об этом слышал в молодости от наших стариков. Уважительная память о хазарах, видно, связана с историческим прошлым нашей татской народности. В своей книге, например, И. Ш. Анисимов, о которой Вы знаете, изданной ровно сто лет назад в Москве в 1888 г. (сам он тат, из дагестанского аула Тарки), на стр. 12 пишет:

«В средние века таты-евреи смешались с хазарами, жившими на западном берегу Каспийского моря, так что хазарских царей этих времён они считают в то же время своими».

Этот факт сам по себе тоже говорит о многом.

У нас до сих пор некоторые вещи связаны с именем хазар. Вот, например, направление северного ветра у нас называют «кулок хэзери» («ветер хазарский»). Я об этом не раз слышал, когда жил в своём родном селении Нюгди, от своих взрослых односельчан во время молотьбы хлеба на токах: «Сейчас дует ветер хазарский, надо провеять мякину» («ГьейсэгIэт кулок хэзери эдее оморе, жапуре вор доре гереки»).

И Каспийское море у нас называлось «Дерьёгь хэзери» («Море хазарское»).

В нашем языке существует слово «гъэзэгъ» («казак»), которое не следует путать с русским словом «казак». Это слово у нас, у татов, означает холостяк и вместе с тем молодой несемейный, вольный мужчина. Я не знаю первоначального смысла этого слова. Я сначала думал, что оно имеет иранское происхождение или перешло в наш язык из азербайджанского. Но в азербайджанском языке слово «холостяк» прозносится  как «субай», «субай киши», а в фарсидско-таджикском – «безан». Во всяком случае, в отличие от нас, оно у них к холостому, несемейному человеку никакого отношения не имеет. Вполне возможно, что это слово «гъэзэгъ» («казак») имеет определенное отношение к хазарам.

Весьма примечателен и такой факт. Летом 1938 г., когда я работал в ИИЯиЛ, я в Дербенте записывал сказки со слов известного татского сказателя и ашуга Хизгила Эмина (Дадашева), колхозника-садовода. Ему тогда было за 80. Несмотря на это, старик обладал хорошим здоровьем и прекрасной памятью, знал очень много сказок, дасданов (азербайджанских), песен, хорошо играл на сазе и пел. О нём однажды писал А. Назаревич (не помню сейчас где), что он не раз выходил победителем на состязаниях ашугов на свадьбах.

Но в то время, когда я близко познакомился с ним, он жил бедно. Его единственный сын погиб в гражданскую войну, а единственный внук – надежда и будущий кормилец стариков – утонул в море. Ему в его годы всё же было трудно прокормить жену и больную дочь, которая жила с ним.

Однажды, когда я сидел с ним у него во дворе под деревом и записывал с его слов очередную сказку, к нам подошла его старуха и попросила у мужа денег, чтобы купить новый палас для дома. Обычно весёлый, добродушный старик вдруг вспылил и закричал на жену: «Мере беге хэзиней падшогь Никалаи?! («У меня что, казна царя Николая?!)

Когда старуха ушла, я как бы шутя спросил его:

– Дядя Хизгил, вы о каком царе Николае говорите?

– Как о каком? – удивился он. – Конечно же, о царе Николае, который воевал с Германией.

Я понял, что ни о каком другом Николае из числа русских царей старик не знал и не слышал, кроме как о последнем царе  Николае. Но через минуты две старый ашуг, задумчиво улыбаясь, добавил:

– Знаешь, раньше у нас эту пословицу произносили несколько иначе, говорили не «казна царя Николая», а «казна царя хэзер».

Я понял, что пословица эта в основе своей древняя. И что она, действительно, не могла появиться сравнительно недавно и быть связанной с именем последнего русского царя, свергнутого 21 год назад. Она, эта пословица, как объяснил мне старый ашуг, произносилась так: «Мере беге хэзиней падшогь хэзери» («У меня что, казна царя хазар?»).

Эта пословица говорит ещё и о том, что хазарское царство в народной памяти сохранилась как могущественное и очень богатое, каким оно действительно было в период своего расцвета.

 

 

Хизгил Авшалумов.

Количество показов: 589
20.06.2014 15:49

Возврат к списку

AlfaSystems massmedia K3FN2SA
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Бесплатный анализ сайта