Эрдал Караман – посол Йырчи Казака в Европе

Недавно в социальных сетях появился аудиоролик перевода сти­хотворения Йырчи Казака на турецкий язык. Озвучил его Мехмет Карадайы, а автором идеи является Эрдал Караман, вот уже более 25 лет изучающий, переводящий и популяризирующий творчество кумыкского поэта и издавший сборник его стихов «Сибирские письма» («Sibirya Mektuplar») на турецком языке. Мы решили познакомить наших читателей с исследовательской работой ученого и переводчика и взяли у него интервью.

 – Салам алейкум, Эрдал-эфен­ди, расскажите немного о себе, кто вы и откуда?

– Алейкум ассалам. Я родился в 1972 году в городе Чорум, что в центральной Турции. Там же я окончил школу, а в 1994 году я завершил учебу на педагогическом факультете Университета имени Джелала Баяра. В том же году я начал работать на кафедре турецкого языка и литературы в Международном университете Востока в Дербенте. Мои первые шаги в качестве преподавателя и ученого сделаны именно в Дагестане. Поэтому Дагестан занимает исключительное место в моей жизни. В тот период я приобрёл много друзей среди дагестанцев, да и себя я считаю дагестанцем. С 1996 по 1998 год я учился в магистратуре турецкого языка и литературы в Институте тюркологии Университета Мармара. В 2005 году я защитил докторскую диссертацию в том же университете. Параллельно с учебой я с 1999 года много лет работал в Кавказском университете в Азербайджане. Получил звание профессора в том же университете. С 2009 по 2016 год я работал деканом педагогического факультета Кавказского университета. В этот период я провел исследование азербайджанского языка. В настоящее время я работаю в Германии.

– Как у вас пробудился интерес к поэзии тюркских народов и от кого вы впервые услышали об Йырчи Казаке?

– Ещё во время моей учебы в университете я интересовался литературой тюркского мира. У нас велись курсы по литературе тюркского мира в магистратуре и докторантуре. В этот период мой интерес к подобной литературе еще больше возрос. Во время работы в Дагестане меня заинтересовали кумыкский, ногайский и азербайджанский языки. Во время учебы в магистратуре университета Мармара моим руководителем в исс­ледовательской работе была про­фессор Эмине Гюрсой-Наскали - замечательный педагог и ученый, известный своими трудами в об­ласти тюркологии. Она знала, что я работаю в Дагестане, и показала мне сборник стихов Йырчи Казака. Она пояснила, что сборник ей дал её друг из Дагестана и попросил передать ее исследователю, который темой для диссертации взял бы творчество этого поэта. Так как я жил в Дагестане, мой руководитель поручила эту миссию мне. Вот так я и посвятил творчеству Казака собственную магистерскую диссертацию. Несмотря на то что с тех пор я работал в разных об­лас­тях, тема Казака всегда была для меня актуальной. Я продолжал писать о нём статьи в разных журналах и газетах Турции, Азербайджана и Германии.

– Переводить поэзию, пусть и с родственного языка, – дело нелёгкое. С какими трудностями вы столкнулись в ходе работы над текстами Йырчи Казака?

– Вы правы, переводить про­зу легче, чем стихи. Я изучал тюр­кологию, но, увы, мой кумыкский далёк от совершенства. Прежде чем приступить к написанию дис­сертации, я изучал кумыкские тексты и научился понимать ку­мыкс­кий язык. В ходе работы я при­шёл к мысли, что, если бы я лучше знал о его жизни и борьбе, мне бы­ло бы легче понять и смысл его текстов. К сожалению, в то время мне удалось найти только одну небольшую статью о Ка­заке в Турции. Другого источника я не нашел. Поэт был совершенно не известен у нас в стране. Как только я вернулся в Дагестан, я постарался собрать всё связанное с Казаком. Я начал переводить стихи, сравнивая кумыкские оригиналы и тексты русских переводов. Я мог понять не­которые строки на кумыкском очень легко. Но некоторые из них да­вались мне очень тяжело. У меня, в частности, возникали проблемы с по­ниманием многих архаичных слов.

Заверяю, схожие проблемы существуют и у многих современных кумыков.

Конечно, даже кумыки, профессионально не занимающиеся литературой, тоже не знают неко­торых выражений. Я на время оставил те фрагменты, которые не смог перевести сам и отправился в Махачкалу. Здесь профессор Абдулкадырбей Абдулатипов мне помог перевести эти строки. Когда мы были у него дома, то шутили: «Смотри, Казак и о нас говорит»:

 

Къараман тёбелере

Олтургъан борогъан

Биргине сен барсан

Мени гёзюм къарагъан

 

Полтора века прошло, су­щест­вует разница между кумыкским языком, на котором писал Казак, и современным языком. Многие слова утратили былую актуальность, на смену им пришло много заимствований, в основном из русского языка. Поэтому неизбежно, что у нового поколения возникают трудности в понимании произведений поэта.

– Тем не менее мы все обращаемся к его творчеству как за неким барометром нравственности. Как, по-вашему, в чём феномен и неповторимость Казака, чьё творчество волнует и современного читателя?

– Лично меня очень впечатлил живой, искренний и задушевный стиль поэта. Стихи, написанные еще в юности, переносят нас в жизнь кумыкских аулов 1850-х годов. Они раскрывают нам жизнь кумыков, а значит, и всех народов Дагестана в этот период. Естественно, со временем менялся и стиль поэта. После того как он столкнулся с властями, в его творчестве появляются со­циальные темы и сам он становится героем, восставшим против несп­раведливости. Темы, которые он поднимал в своих произведениях, беспокоили и беспокоят общество. Казак как интеллигент озвучивал существующие проблемы и пытался влиять на общественность через стихи. Это заметно, например, в тех строках, с которыми он обращался к Магомед-Эфенди Османову.

– Возможны ли ещё находки стихов Казака, новые открытия?

– Да, конечно. Несмотря на большое число работ, многогранное творчество Казака по-прежнему ждёт своих исследователей. Его необходимо рассматривать нераз­рывно от его времени. Там всё тесно переплетено. И вдобавок это ценный источник для ск­ру­пулёзного анализа, начиная от имен людей в его произведениях до названий мест и архаичных слов, которые он использовал. Работы хватит на всех.

В своё время мы получили от Гасан-бея Оразаева копии писем, написанные арабским алфавитом, которые Казак присылал своим друзьям, родственникам из Сибири. Потом я издал эти письма отдельной книгой под названием «Сибирские письма» и тем самым пролил свет на этот период его жизни и творчества для турецких читателей. Сегодня мы продолжаем работу над Казаком в Европе. В частности, я опубликовал статью о Казаке в декабрьском номере журнала «Helezon» за 2021 год, онлайн-журнале о литературе, культуре и искусстве.

– У турок богатая литература, в XX веке она пышно расцвела. В Советском Союзе были очень популярны Назым Хикмет и Решад Нури Гюнтекин, среди сов­ременных прозаиков есть и нобелевский лауреат. Но ведь всё это возникло не на пустом месте? Есть ли у турок свои аналоги Йырчи Казака, близкие к нему по теме или стилистике?

– В своё время меня приятно удивило знакомство россиян с турецкой литературой, особенно знание произведений Решада Нури Гюнтекина и Назыма Хикмета. Меня очень впечатлил тот факт, что многие семьи из Дагестана под влиянием сериала, снятого по роману «Чалыкушу» («Королёк - птичка певчая»), назвали своих детей Фериде и Кямран. Как мне объяснял Бахтияр Вахабзаде: «Сериал затрагивает чувства не только турок, но и чувства российской интеллигенции». Русскому генералу, который смотрел сериал, нравилось поведение солдата, защищающего честь Фериде. Он видит в этом верность воинской чести. Точно также Назым Хикмет – один из наших любимых писателей, творчество, которого ценят на постсоветской территории, особенно в Азербайджане.

Когда я читаю стихи Йырчи Казака, описывающие его село, красоты его малой родины и собственную жизнь в юности, то вспоминаю таких наших поэтов, как Абдулхак Хамит Тархан и Бехчет Некджатигил, ко­торые писали стихи на схожие те­мы. Ещё можно вспомнить Ашика Вейсела, Караджаоглана и Кайгусуз Абдала. Вместе с тем Йырчи Казак отличается своим огненным стилем в стихах, в которых он рассказывает о несправедливости и социальных противоречиях, с которыми столкнулся на своем жизненном пути.

– Нам еще многое предстоит узнать о турецкой культуре. Благо, ту­рецкий кинематограф сейчас очень популярен. 2022 год прак­тически только начался, что бы вы пожелали нашим читателям в новом году?

– Прежде всего желаю газете «Ёлдаш» успехов в издательской жизни. Такие гении, как Йырчи Казак, появляются раз в столетие. Однако его поэзия, к сожалению, еще недостаточно известна в Европе, и потому я хочу, чтобы читатели газеты «Ёлдаш» знали, что в Европе есть послы-добровольцы, которые популяризируют творчество Казака. Пользуясь случаем, желаю читателям вашей газеты здоровья и побольше счастливых дней в 2022 году.