Прометей кавказской поэзии

Статьи Ёлдаш
5 июня 2022 в 23:20 108
Прометей кавказской поэзии

Когда я сидел в зале Русского драматического театра, где про­ходили торжества по случаю 190-летия cо дня рождения Йырчи Казака, передо мной все время не­вольно всплывал об­раз отца. Если бы мы в этот день услышали его выступление, оно, как всегда, прозвучало бы эмоционально ярко, талантливо и неповторимо.

Он очень переживал, что тор­жест­ва все время откладываются и каждый раз для этого находились объективные причины. Отец понимал, что юбилей Казака – это не очередная дата с конвертами и пышными восхвалениями, а повод задуматься о прошлом своего на­рода, вернуться к истокам родной культуры и языка, наконец осознать свое место и будущее в огромном сонме человеческого сообщества.

В конце прошлого года отец вызвал меня к себе и, возмущаясь нерасторопностью некоторых чиновников, отвечающих за культуру, поручил мне издать очередной номер общественной газеты «Зов памяти», посвященный Йырчи Казаку. Вместе с Далгатом Алклычевым мы стали собирать материалы, и вдруг отец заболел. Несмотря на все наши просьбы, он ходил на все тазияты, жума намазы и, видимо, где-то подхватил эту коронавирусную заразу. Понимая создавшуюся ситуацию, я попросил типографских работников поторопиться и 2 декабря, держа в руках сигнальный номер, побежал в больницу. Объяс­нил дежурному врачу, что это надо срочно передать боль­ному. Она ответила, что он в реанимационном отделении и читать газету не сможет. Это был самый чёрный день для меня и всех моих близких – отца не стало. Это случилось 2 декабря, в день выхода газеты.

Сколько себя помню, в нашем доме всегда незримо витал дух Казака. Бывало, отец усаживал детей вокруг себя, брал в руки агачкомуз, и тут же все пространство на­полнялось старинной кумыкской мелодией и песней. Благодаря отцу спустя годы ко мне пришло истинное понимание величия поэзии Ка­зака и понимание того, сколько отец вложил труда в изучение, про­паганду его творчества и жизни. И не случайно настоял, чтобы на его надгробной плите были начертаны слова: «Илмуну Асхартаву, Атоллусу Къумукъну».
Отца хорошо знали во всем тюркском мире, и одно из своих последних посланий он посвятил именно Йырчи Казаку.


ПИСЬМО ДРУЗЬЯМ
ИЗ ТЮРКСКОГО СООБЩЕСТВА

Дорогие друзья, сообщаю вам, что мы, кумыки, и весь многонациональный Дагестан отмечаем в этом году 190-летие со дня рождения классика кумыкской литературы Йырчи Казака.
Йырчи Казак – первый тюркский, кумыкский поэт с Кавказа, сумевший глубокой сутью своего творчества подняться на общероссийский уровень. Его жизненный путь всецело вписывается в социально-политическую жизнь царской России XIX века. Именно в это время перед Й.Казаком, талантливейшим поэтом, встала задача, как в этих условиях сохранить и прис­пособить дух предыдущей тюркско-кумыкской литературы и в формате новых вея­ний дать ему новое живое звучание.
Йырчи Казак вобрал в свое творчество эстетику героико-философского звучания казацкой древ­ней поэзии, берущей свое начало с хазарских времен.
Й.Казак, опираясь на опыт и традиции тюркской поэзии, как мы отметили, рожденные в недрах хазарского государства, на всех этапах своего творческого развития лейтмотивом всех своих произведений сделал общенародный героический дух. Поэтому его поэзия, начиная с первых «земных стихов» в молодости и кон­чая таким глубоко-поэтическим посланием-письмом, адресованным своему другу М.-А. Османову – преподавателю тюркс­кого языка в Пе­тер­бургском университете, а также его песнийыры из Сибири на­полнены протестно-отважным духом осуждения существовавшего тогда современного миропорядка.
Идеалы Йырчи Казака, звучавшие во всех его произведениях, – не­преклонность отваги в борьбе за со­циальную справедливость, не­за­висимость человеческой лич­нос­ти, защита национальных, об­щенародных интересов против всякого угнетения, подавления ст­ремления к свободе и сохранение исторически сложившейся само­бытности народа.
Поэт во многих своих йырах ставит вопрос о необ­ходимости проявления упорства и героизма, по вы­ражению самого поэта железной –«темир-къазыкъ» – воли, когда речь идет об исполнении прав, предписанных и данных самим Аллахом. Это требование поэзии Йырчи Казака имеет отношение к человеку, чести, любому народу, человеческому сооб­ществу. Прислушайтесь к этим строкам:

Мен Къазакъман, Къазакъман,
Дагъыстанлы Къазакъман.
Тавлар булан тюзлеге,
Тенгириден ясап къакъгъан къазыкъман.

Можно привести другой пример из последнего письма Йырчи Казака на родину из Сибири, где поэт свою личную судьбу связывает с судьбой своего народа и всей страны.

Дарманы ёкъ аны, эми ёкъ,
Сувсуз, отсуз къайнайгъан,
Толкъуну тавдай ойнайгъан,
Дюнья деген аччы денгиздир.
Гемеси онда кимни батмагъан.
Аресейде оьзюнден сонг эл къалып,
Алтынлы тахдан айырылып,
Къара ерге кимлер гирип ятмагъан.
Азирейил азав бизли, ач гёзлю,
Бош къайтармы жан алмагъа гелген сонг.
Дюньяда гьеч гьёкюнчюм къалмады,
Йыламагъыз магъа энни оьлген сонг.

Мы видим, что в творчестве Каака древнетюркский дух получает новое пробуждение в форме старинных казацких песен, превращаясь в обще­тюркский духовный потенциал.
Именно в силу этих причин язык поэзии Йырчи Казака овеян высокой общностью всех тюркских народов.
Было бы замечательно, если бы нашлась возможность перевести произ­ведения Йырчи Казака на язы­ки на­ро­дов всего тюркского ми­­ра, также для проведения в бли­жай­шее время международной науч­ной конференции в целях но­вого ос­мысления места и значения таких поэтов, как Йырчи Казак, Юнус Эмре, Имаммеддин Насеми, Умму Камал, Махтумкули и другие.
Мы в Дагестане с чувством гордости называем Йырчи Казака Про­метеем кавказской, дагестанской поэзии и поистине первым кумыкс-ко-тюркским поэтом XIX века обще­российского масштаба.