Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)
Меню YOLDASH.news МаълуматларКъайгъырыш КъутлавларDAG.newsВ ДагестанеВ РоссииИнтервьюВ миреНа КавказеГлава РДНародное СобраниеПравительствоМинистерства и ведомства Муниципалитеты In memoriamНовости спортаГод культуры безопасности Выборы - 2018ЧЕ-2018 Kaspeuro2018"Времена"ИнфоблокПолитикаИсторияКультураЛюди и время НаукаНовые книгиАчыкъ сёзАналитикаЖамиятПолитика.ЭкономикаБаянлыкъДин ва яшавЖамият низамИлмуTürk dünyasi Савлукъ ЭкологияЮртлар ва юртлуларЯшёрюмлер МаълуматАнтитеррорБирев де унутулмагъан...СапарМаданиятАдабиятКультура ожакъларБилимИнчесаният Къумукъ тилКроссвордМасхараларТеатрЯнгы китапларЯшланы дюньясы Спорт ярышларЕдиноборства Развитие спортаСоревнованияФК «Анжи» МедиасфераО газетеО сайтеСМИНаши авторыФото дняНаши партнерыНаши спонсорыСотрудникиАфишаГалереяРекламаЮбилейный номер
Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)
Муза истории не терпит суеты

Муза истории не терпит суеты


Вновь взяться за эту тему меня заставило недавнее резонансное заявление спикера дагестанского парламента Х. Шихсаидова о необходимости положить конец процессу по переименованию улиц в Махачкале и других городах республики. На мой взгляд, прозвучало вполне мотивированное требование об исторической корректности и справедливости практики именований и переименований, проведения в республике гласной и четко выверенной исторической политики. Ибо складывающаяся в постперестроечные годы практика именований и особенно переименований наглядно свидетельствует об её отсутствии в этом важном деле вообще.


И далеко не случаен тот факт, что на вчерашней сессии дагестанского парламента Хизри Исаевичем был внесен законопроект “Об увековечении памяти выдающихся деятелей, заслуженных лиц, а также исторических событий и памятных дат в Республике Дагестан”. Он будет опубликован для всенародного обсуждения.


За истекшие годы на страницах республиканских газет мною было опубликовано немало статей на эту злободневную тему. Позволю вновь вернуться к своим прежним размышлениям и предложениям.




Практика пере­именований улиц и целых на­селенных пунктов в нашей республи­ке, и в первую очередь в ее столице, со всей отчетливостью проявляет не только недостатки исторической политики прошлых десятилетий, но и подчас нашу неподготовленность компетентно и своевре­менно решать возникающие вопросы. Отсутствие четко выверенной и взвешенной политики в столь щепетильной и сложной сфере общественных отношений и сознания может заложить основы для непростых социально-идеологических конфликтов. Oтзвуки которых слышны до сих пор.


Многие, наверное, помнят, как неоднозначно вос­принималось в общественно-гражданском сознании решение городской администрации, когда одним росчерком пера были переименованы четыре главные магистральные улицы   Махачкалы. Настораживало граждан и то, что на их глазах разворачивалось своеобразное состязание: какой из разбогатевших на «прихватизации» тухумов больше всех увековечит память своих знаменитых предков в названиях улиц сто­лицы. Временами доходило до открытых столкновений, судебных тяжб граждански активных махачкалинцев с «патриотами» своих тухумов, вопреки общественному мнению протолкнувших решение администрации о переименовании очередной улицы города в память своего предка.


В этой связи позволю се­бе высказать ряд соображе­ний.

Мне не приходилось встре­чать людей, которые одобряли бы бесконечные переименова­ния улиц, площадей, городов. Хотя в нашей стране это широ­ко практиковалось и практику­ется по сей день. Этому мы обязаны большевистской власти, переименовавшей Темир-Хан-Шуру – в Буйнакск, Порт-Петровск (Анжикала) – в Махачкалу, Уллу Бойнак – в Уллубийаул, Чирюрт – в Кизилюрт. А исторический Эндирей, столица Султан-Мута Славного, до начала 90-х годов ХХ века носило наименование Андрейаул. Известно также из исторических источников времен гражданской войны в Дагестане, что город наш недолгое время носил свое историческое название Анжикала (1918 г.), а после также короткое время – название Шамилькала. В 1920 г. в Дагестане была установлена советская власть и город переименовали в Махачкалу.


Как хорошо, что эта «мода» в Дагестане не получила тогда своего дальнейшего развития и мы не потеряли Таргу (а ведь в 1960-е годы были предприняты попытки демонтажа шаухальской столицы и переноса ее на место, где ныне находится т.н. «Пятый поселок»). Этого не случилось потому, что жители стали тогда горой за свой «гуннский город Таргу», Дербент остался Дербентом, Хасавюрт – Хасавюртом, Хунзах, Ахты, Кумух сохранили свои исторические названия.


Мне не приходилось читать, чтобы во Франции, Германии, Англии, Ис­пании, Турции и других странах ко­гда-либо меняли названия городов. В этой связи вспомнилась из истории такая подробность: в Древнем Египте больше всего боялись, что кто-то со­трет имя усопшего на саркофаге. Это, по их представлениям, означало, что без имени человек пред­станет в царстве теней никем, утратит свою сущность.  


Я часто думаю о том, что переименование сделалось удобной сферой приложения праздных умов. Великая культурная ценность, будь то строившаяся сто­летие мечеть или название древней местности (как Уллу Бойнак, напри­мер), может оказаться беспо­мощной, беззащитной перед росчер­ком пера недомыслия.


Я не скажу, что переименовывать всегда и во всех случаях предосуди­тельно. В большом и бурно разрас­тающемся городе, как наша столица, или во вновь отстраиваемых городах, как Избербаш, Каспийск, Кизилюрт, Южно-Сухокумск, центральные улицы носят одни и те же названия, а на окраине - стандартные (махачкалинские, хунзахские, эрпелинские, дачные, южные и т.д.). Кто же возразит против того, чтобы этим улицам дать другие названия, гово­рящие что-то памяти, уму и сердцу?


Самый разумный в этой области путь – воздерживаться от переименований, а именовать новые улицы, новые объекты. Принципиально также важно, чтобы обращения потомков того или иного усопшего увековечить память их предка рассматривались по истечении 10-15 лет. Может, тогда легче будет преодолеть «прессинг» лоббистов тухумов. Такая практика существует во многих странах.


Теперь, что касается конкретно практики переименований и увекове­чения. Она во многом складывается, на мой взгляд, спонтанно, в зависи­мости от сложившейся конъюнктуры и юбилейных притязаний тех или иных этнополитических элит. При­чем именно эти группы решают, чью память увековечить и какую улицу или проспект по такому случаю пе­реименовать. С общественностью при этом никто не советуется.


Я, как и другие, убежден, что вопросы, связанные с названиями, имеют непосредственное отношение к восстановлению истины и исторической справедливости, возрождению исторической памяти, национального самосознания и культуры наших народов. Наши предки верили, что, пока живо имя человека в памяти его потомков, бессмертен и он сам.


Если с этой точки зрения провести ревизию названий улиц нашей столицы, то приходишь к неутешительному выводу: за прошедшие десятилетия было сделано все, чтобы мы себя в этом городе почувствовали «инородцами». И отныне предстоит многое сделать, чтобы воссоздать в Махачкале свою этнотопонимическую городскую среду.


Следует подумать о том, чтобы вместо имен, ничего не говорящих ни уму, ни сердцу, ни памяти горожан, дать улицам города имена наших выдающихся предков, знаменитых представителей рода шаухалов Тарковских – родоначальника династии тарковских шаухалов Чопан-шаухала Тарковского, героев Караманского сражения 1605 года Адиль-Герея Первого, Султан-Мута Эндиреевского, правителей Сурхай-шаухала Тарковского, шаухала Адиль-Герея, полковника, князя Нух-Бека Тарковского; известного на всем мусульманском Востоке поэта, литературоведа Али-Кули Хана Валиха Дагестани (Иран, Индия, XVIII в.), Умму Камала (XV век) и др.


Хочу, чтобы меня поняли правильно, я не против увековечения в названиях улиц имен и подвигов наших армейских генералов, но мне и всем нашим гражданам важно знать, по какому принципу это делается. Например, ныне покойный боевой офицер, полковник П. С. Телякавов в разговоре со мной поделился, что обратился в соответствующие инстанции Махачкалы с предложением увековечить имя славного сына Дагестана и Северной Осетии Эльдара Цоколаева-Качалаева, генерал-полковника авиации, первого и единственого дагестанца (кумыка), занимавшего в СССР должность маршала. Но это благое дело, насколько я знаю, не нашло поддержки. Не увековечена нигде также память и другого генерала, князя Хасай-хана Уцмиева, человека чести и отваги, известного всему Кавказу.


Помнится в конце 80-х гг. прошлого века наша общественность не раз обращалась во властные инстанции с инициативой увековечить в названиях одного из проспектов города память отца и сына Арсения и Андрея Тарковских, но каждый раз письмо это направлялось в ДНЦ РАН, а оттуда приходил официальный ответ, что указанные личности якобы не имеют никакого отношения ни к Дагестану, ни к роду шаухалов Тарковских.


Такое же отношение у ученых советской школы было и к самим шаухалам Тарковским («эксплуататорам народных масс»), почти полтора тысячелетия господствовавшим на Северо-Восточном Кавказе. Поэтому их память и не подлежала увековечению в названиях улиц нашего города.


Я давно задаю себе вопрос, почему микрорайоны Махачкалы носят такие абстрактные названия: посёлки Редукторный, Четвертый, Пятый, Сепараторный, Степной и т.д.? Не правильнее было бы возродить исконную топонимику этих мест: микрорайоны Турали или Ак-Гёль, Караман, поселок Тарнаир, пос. Узун-Арка и т.д.


Одно только радует, что по инициативе жителей новый поселок города в 90-е годы был назван древним и гордым историческим названием хазарской первопрестольной – Семендер.


Я также думаю о том, почему бы одному из уголков нашей любимой столицы не дать имя великого турецкого географа и путешественника Эвлия Челеби, открывшего Дагестан для внешнего мира, или же имя великого мудреца Моллы Насреддина. В названиях улиц наших должна отразиться и память об Адаме Олеарие, сюда же следует включить великого француза Александра Дюма, Фритьофа Нансена, востоковеда В. Бартольда, хазароведа М. Артамонова и др.


Да, город наш ныне столичный и многонациональный. И он имеет многовековую и богатую историю.

В угоду какой бы то ни было политической конъюнктуре мы не имеем права игнорировать, замалчивать древнюю предысторию, начавшуюся Тарками (Таргу) и Семендером. Ибо изменившие своему прошлому, изменят и буду­щему. Каждый этнос, ныне здесь жи­вущий, несет на себе не только печать своей истории и культуры, но и накапливаемого прошлого, формирующего стереотип его поведения. И если мы хотим из­бежать ненужных недоразумений, то не следует наш город превращать в «яблоко» раздора под названием «этнополитические амбиции».


В республике чувствуется дефицит качественной научно-популярной литературы с объективным изложением важ­нейших исторических событий, этнической, политической истории наших народов. Это отражается и в топонимической практике. Давно, думается, назрел вопрос об учреждении компетентной топонимической комиссии в Правительстве республики.


Вакуум в последние годы, особенно в соцсетях (Интернете), заполняется несусветными мифами. Повысить уровень исторических знаний можно длительной просветительской работой. Для этого прежде всего потребуется измене­ние исторической политики.


И последнее. Муза истории Клио – дама своевольная, и как бы мы, смертные, ни пытались кому-то даровать славу, увековечив его в названиях улиц и городов, или кого-то обезличить, стерев его имя из нашей памяти, она все равно поступает по-своему, расставляя все точки над «i»   и исторические акценты.




Количество показов: 519
29.09.2017 15:24

Возврат к списку

AlfaSystems massmedia K3FN2SA
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Бесплатный анализ сайта