Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)
Меню YOLDASH.news МаълуматларКъайгъырыш КъутлавларDAG.newsНовостиИнтервьюАнонс книгIn memoriamГод культуры безопасности Нацпроекты в РДПамятные датыТеатры и кино"Времена"ИнфоблокПолитикаИсторияКультураЛюди и время НаукаАчыкъ сёзАналитикаЖамиятПолитика.ЭкономикаБаянлыкъДин ва яшавЖамият низамИлмуTürk dünyasi Савлукъ ЭкологияЮртлар ва юртлуларЯшёрюмлер МаълуматАнтитеррорБирев де унутулмагъан...СапарМаданиятАдабиятКультура ожакъларБилимИнчесаният Къумукъ тилМасхараларТеатрЯшланы дюньясы Спорт Единоборства Развитие спортаФК «Анжи» СоревнованияМедиасфераО газетеО сайтеСМИ БАННЕРЫ Наши партнерыНаши спонсорыСотрудникиАвторыАфишаГалереяРекламаЮбилейный номер
Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)

Магическая поэзия Шейит-Ханум Алишевой

Магическая поэзия Шейит-Ханум Алишевой


         Поэтический двухтомник Ш. Алишевой «Хасирет-наме» (2008), переводится как «Книга страсти», стал заметным явлением в литературном мире Дагестана последнего десятилетия. Он состоит из стихотворений и поэм разных лет. Являясь поэтом и одновременно общественным деятелем, Шейит-Ханум остро, трагически воспринимает жиз­ненные неурядицы. Отсюда и про­тестный характер её поэзии, не приемлющей зло, насилие, лицемерие, подлость и другие унижающие человека поступки. При необычайном богатстве и многоцветии нашего земного бытия, по её мнению, ему не хватает ещё покоя, гармонии, красоты и любви.


Поэзия Ш.-Х. Алишевой открыта для читателя, её обнажённое сердце ничего не скрывает в своих воззрениях на мир со всеми его противоречиями. Она со всей искренностью делится с читателем своими разноречивыми чувствами, вызывая в читателе желание принять участие в решении поднятых ею проблем общественного и личного характера. В каждом её произведении предстаёт образ страдающей, сердобольной женщины, стремящейся обуздать зло, насилие, несправедливость.


Для поэзии Ш.-Х. Алишевой характерна сложная система восприятия жизни посредством осмысления космических образов. В стихотворениях наблюдается сочетание планетарных образов с образами повседневной жизни и быта.


В стихотворении «Поучение памяти» поэтесса заявляет, что заплетает косы из солнечных лучей и украшает себя «красной материей рассвета», её мать, «слившись с алым рассветом, доит корову». Она ощущает свою близость к космосу, как бы сливаясь с ним. Для неё эпитеты «алый», «красный» имеют сакральный смысл.


Ш.-Х.Алишева часто «решается» на неординарные «поступки»: «на белой росе себя показать во всей красе, пока не сядут пчёлы, шмели, пока не разорвутся красные кораллы рассвета и не потонут в пенистой волне», пока «солнце не поставит лестницу к вершине горы», пока «жаворонки не набросят сети на синие равнины». В таком состоянии она превратилась бы в беззвучную тишину леса и решилась бы «приложить к лицу ладони, холодные, как льдины», и «неразумных мыслей молния стекла бы слезами». Она решилась «оттянуть подол от очага», и её судьба миновала бы беду, и тогда поэтесса решилась бы сбросить с головы чёрное горе и шагать смело».


В этом очевидны метафорическая образность, энергетический ум и тонкий лиризм поэтессы. В стихотворении «Звук зурны» автор говорит о том, что слышит, как «слился с бронзой оранжевый звук, а зурна подобна золотой ветке, на которой шумят «золотые плоды». По её мысли, молот в кузне раскроет смысл звука зурны. Она слышит, как множатся звуки, высятся, хватают за душу, переливаются, а зурнач своими тонкими пальцами собирает их по одному, возрождает память звуков зурны.


Через всю поэзию Ш.-Х. Алишевой проходит тема женской доли, женской любви, женщины, не нашедшей в мире человека, который бы стал спутником её жизни. Эти строки полны щемящей тоски, доходящей до отчаяния, хотя иногда ей выпадали и дни, полные счастья и любви.


В стихотворении «Когда мы состаримся» она мечтает склонить голову с проседью на плечо любимого человека, голова и борода которого также тронуты сединой, чтобы «радужные дожди» – символ радости и умиротворения от сознания единения – охватили их. Трепетные чувства любви воплощены в стихотворении «Трудно ли тебе, милый?».


Отчаянное стремление поэтессы найти, обрести любовь ярко выражены в стихотворении «Я иду». Чем не «апокалипсис» – это состояние одинокой, не нашедшей счастья души, которого она, возможно, никогда не обретёт?


Поэзия Ш.-Х.Алишевой представлена и стихотворениями, поэмами, пронизанными глубокими раздумьями о родном селении – Тарках, о Кумыкии, в которых очевидно трагическое восприятие мира, реальных событий, произошедших в их истории. В отличие от других произведений, они глубоко реалистичны и правдивы в своей основе.


В стихотворении «Ожидает возвращения хозяина» Ш.-Х. Алишева, считающая свою родину благословенным краем, будучи ещё девчонкой, впервые увидела удручающую картину её разрушения: заброшенный со времени депортации двор её родителей – покосившиеся ворота с ржавым замком, пустая собачья конура с валявшейся около неё цепью и тарелкой для кормления пса, полинявшая стена, панель, «забывшая запах краски, поседевшие ступеньки; на очаге давно погасшие головёшки, на тахте брошенный намазлык, на столбе кумуз, струны которого чутко реагируют на всякий звук, зияющая дыра в провалившемся потолке. И всё это описано так, будто весь дом, двор давно ждали появления хозяина.


Реалистическое описание заброшенного, разорённого дома, двора здесь предстаёт не как описание отдельного частного хозяйства. Если вдуматься, это описание вопиет о той чудовищной депортации таркинцев, кяхулаевцев, альбурикентцев в 1944 году, в результате которой они были отброшены назад на целые десятилетия, лишились своих плодородных земель, родных очагов, хозяйств. Здесь нет никаких громких деклараций, обобщений. Это до боли реалистическое описание звучит как суровый приговор организаторам той чудовищной акции, последствия которой ощущаются и поныне.


Таким образом, и мы разделили участь чеченцев, которых выселили, «не дав остыть приготовленной пище, разбросав детские куклы и тапки». И тогда ужас нашего горя соединился с ужасом чеченцев.


Мы ещё не вернулись, повторяет Ш.-Х. Алишева. Куда нам возвращаться, когда на нашей равнине для нас не осталось и пяди земли, когда её заняли другие, когда уничтожены наши пшеничные поля, сады и виноградники, когда там рядами построены дома….


А сколько могил кумыков осталось в селениях, куда они были выселены?! Ныне селения депортированных выглядят осиротевшими.


Поэтесса надеется, что Аллах воздаст тем, кто творил зло, по заслугам, и депортированные вновь обретут утерянное.


Проблема ущемлённости кумыков более основательно и масштабно поднимается в стихотворении «Мы, кумыки, пребываем!» («Биз барбыз, къумукълар!») и в поэме «Кумыкство – есть твоя судьба» («Къумукълукъ – дюр сени де къысматынг»).


Книга Ш.-Х.Алишевой затрагивает острые проблемы современной жизни и помогает адекватно осмыслить их.   

   

Двухтомник Ш.-Х.Алишевой «Хасрет-наме» выдвинут на присуждение государственной премии РД Союзом писателей РД.


 

А.-К.Ю. Абдуллатипов,

доктор филологических наук, профессор



Количество показов: 178
19.07.2019 16:50
Подписывайтесь на канал yoldash.ru в

Возврат к списку


Добавить комментарий

AlfaSystems massmedia K3FN2SA
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Бесплатный анализ сайта