Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)
Меню YOLDASH.news МаълуматларКъайгъырыш КъутлавларDAG.newsВ ДагестанеВ РоссииИнтервьюВ миреНа КавказеГлава РДНародное СобраниеПравительствоМинистерства и ведомства Муниципалитеты In memoriamНовости спортаГод культуры безопасности Выборы - 2018ЧЕ-2018 Kaspeuro2018"Времена"ИнфоблокПолитикаИсторияКультураЛюди и время НаукаНовые книгиАчыкъ сёзАналитикаЖамиятПолитика.ЭкономикаБаянлыкъДин ва яшавЖамият низамИлмуTürk dünyasi Савлукъ ЭкологияЮртлар ва юртлуларЯшёрюмлер МаълуматАнтитеррорБирев де унутулмагъан...СапарМаданиятАдабиятКультура ожакъларБилимИнчесаният Къумукъ тилКроссвордМасхараларТеатрЯнгы китапларЯшланы дюньясы Спорт ярышларЕдиноборства Развитие спортаСоревнованияФК «Анжи» МедиасфераО газетеО сайтеСМИФото дняНаши партнерыНаши спонсорыСотрудникиНаши авторыАфишаГалереяРекламаЮбилейный номер
Республиканская еженедельная общественно-
политическая газета «Ёлдаш» (Спутник)
Арслан ХАСАВОВ: «Меня тут же совершенно поразила та власть, которая оказалась в моих руках…»

Арслан ХАСАВОВ: «Меня тут же совершенно поразила та власть, которая оказалась в моих руках…»


Расстояния в тысячи километров не дают возможности каждый день видеть людей. Однако Всемирная сеть стирает эти границы. Так с помощью глобальной сети Интернет нашему корреспонденту удалось пообщаться с талантливым молодым писателем, выходцем из села Брагуны, Арсланом Хасавовым. В ходе беседы он рассказал о себе, поделился своими мыслями о литературе, а также о новой повести, над которой сейчас работает. Надеемся, что это интервью заинтересует широкий круг читателей нашей газеты.



– Арслан, не знаю, насколько это верно, но говорят, что прозаик – несостоявшийся поэт, а критик – несостоявшийся прозаик. До создания первых прозаических произведений был ли у тебя опыт стихосложения?



– Да, безусловно, опыт стихосложения у меня был, особенно в средней и старшей школе. Хотя сейчас, оглядываясь назад,   то, что я писал тогда, назвать стихотворениями не рискну. Но среди сверстников мои стихи пользовались популярностью, кто-то уносил их домой, чтобы показать родителям, а учителя порой просили меня почитать что-нибудь в микрофон в экскурсионном автобусе, пока мы с классом ехали на очередную экскурсию.


Около полугода назад я встретился с одноклассницей, и, когда ее мама процитировала отрывок из моего стихотворения, я был сильно удивлен. Я бы сравнил это с состоянием déjà vu: когда ты вспоминаешь нечто пережитое во сне или наяву. Это стало своего рода напоминаем давно забытого опыта.


Кстати говоря, изредка стихотворения рождаются и сейчас. В отличие от прозы, это происходит вне зависимости от моих творческих планов.



– Как ты пришёл в литературу? Поспособствовали ли этому прочитанные тобою в детстве и юношеские годы книги или этому послужило что-то другое?



– Свой первый опыт по написанию чего-то похожего на художественное произведение я хорошо запомнил. Однажды зимней ночью я сел за компьютер и попробовал скорее смеха ради написать рассказ. Меня тут же совершенно поразила та власть, которая оказалась в моих руках.


Это своего рода открытие заставило меня втянуться. Страшно подумать, десять лет назад состоялась моя дебютная публикация в литературном журнале «Юность».


Что касается чтения, то я всегда был достаточно активным читателем. Хотя… Еще в младших классах школы родители заставляли меня читать. Я описал этот опыт в эссе «Мама, я читаю…», которое не так давно вышло в журнале «Дружба народов». В общем поначалу я плакал и сопротивлялся, но постепенно втянулся, книжные миры стали по-настоящему оживать, дополняя ту реальность, в которой я тогда существовал.


Позднее я стал искать подходящие книги самостоятельно и мог поинтересоваться у библиотекаря, советовавшего мне почитать Ерофеева, какого именно – Венедикта или Виктора, вызывая у старших некоторую оторопь.



– Как ты сам считаешь, Арслан, какие именно авторы оказали наибольшее влияние на твое творчество?



– Не буду пытаться быть оригинальным, скажу, что в первую очередь классические произведения русской литературы. В свое время меня буквально потрясли лермонтовский «Герой нашего времени», пушкинская «Капитанская дочка». Нравятся мне и авторы более крупных форм – Толстой и Достоевский. В последнее время я стал увлекаться литературой советской эпохи. Много читаю современной российской и иностранной прозы, слежу за яркими новинками, появляющимися на рынке.



– Каким образом ты совершенствуешь свое литературное мастерство?



– Литературное мастерство в основном совершенствуется сидением за столом вкупе с новыми впечатлениями. То есть я стараюсь впечатления, которые получаю, порой намеренно, как, допустим, поездки в Сирию, переработать в журналистские и литературные произведения.



– В основе твоих произведений лежат события из жизни или их сюжеты – плод твоих фантазий?



– Если рассматривать сердцевину произведения, то, бе­зусловно, там лежат некие события, связанные с собственной жизнью, но всё, что постепенно в процессе работы нарастает на эту основу, чаще всего - плод фантазии или каких-то размышлений на тему.


Собственно говоря, так написаны повесть «Смысл», мой новый роман «Лучшая половина», который вышел в этом году в журнале «Нева», и некоторые мои рассказы. В этом же году в журнале «Миллионер» вышел рассказ «Сирена». Сюжет, взятый за основу, – это мои собственные впечатления от февральской поездки в Сирию. При этом для раскрытия идеи накладываются какие-то чисто литературные приемы, отсылки к мифологии и так далее.



– Как ты начинаешь работу над новым произведением? Какие трудности при этом приходится преодолеть? Над чем сейчас работаешь?



– Всякий раз ты приступаешь к работе над новым произведением по-разному – как-то вдруг приходит идея, которая начинает тебя преследовать. Постепенно она перерабатывается внутри тебя и, наконец, ложится на бумагу.


К сожалению, не всем замыслам, наброскам и черновикам суждено превратиться в литературные произведения. Москва, где я живу, – сложный город, ежедневно приходится преодолевать большие расстояния. Жизнь в столице насыщена различными событиями, заботами и обязательствами. Трудно в этом хаосе выделить время для того, чтобы просто сесть и написать какой-то текст, что называется, для себя.


Преодоление таких внешних, суетных отчасти, хлопот, которые сгорают и превращаются в дым здесь и сейчас, – пожалуй, одна из главных сложностей для меня.


Что касается произведения, над которым я сейчас работаю, то это небольшая повесть. Я начал писать ее пару месяцев назад после возвращения из почти месячного свадебного путешествия по Италии. Рассказывать о ней пока рано, но можно сказать, что она будет отличаться от всех моих предыдущих работ как по стилю написания, так и по общей идее, ведь в этот раз нет необходимости для героя спасать мир, он просто занимается своей бытовой жизнью и наблюдает за ней. Очень надеюсь успеть завершить эту работу в текущем году.



– Диалог или монолог, что тебе дается труднее?



– Если говорить о жизни, то в принципе и диалог, и монолог, наверное, в равной степени легко мне даются, но всё-таки я бы предпочел диалог, потому что мне всегда важно слышать ответную реакцию, какой-то живой отклик. Это важно для того, чтобы сделать дело, которым занимаешься, лучше. Если говорить непосредственно о литературе, то, думаю, нет одного без другого. И в форме монолога построить произведение, если это не философский трактат, очень сложно.



– Как ты относишься к критике? Чем ты объяснишь успех твоих произведений как среди критиков, так и читателей?



– К критике я отношусь достаточно здраво, мое отношение связано в первую очередь с тем, насколько объективна и профессиональна эта критика.


Конечно, бывает обидно, когда тебе указывают на какие-то огрехи, но в целом критик – самый внимательный читатель, и он, безусловно, подстегивает к самосовершенствованию.


В этом году вышла достаточно объемная комплиментарная рецензия Льва Аннинского на уже упомянутый роман «Лучшая половина». И я, наткнувшись на нее, был по-настоящему удивлен, ведь Лев Александрович – живой классик литературной критики. Он выделил мою работу из многих текстов, чуть ли не ежедневно выходящих в печати. До того я переживал, что широкая общественность не отозвалась на роман, но после прочтения этой рецензии успокоился, потому что нашел читателя, который раскрыл замысел текста и те идеи, которые я в него вкладывал.


Что касается успеха, то я, признаюсь честно, не могу применить это слово в отношении своих произведений. Возможно, я добился чего-то, но я не чувствую, что миссия выполнена. При этом верю в то, что, если я буду делать свое дело честно и дальше, – большой успех неминуем.


После того как приостановили свою деятельность литературная премия «Дебют», ее международные программы, работать стало сложнее, но, с другой стороны, это большой вызов, к которому я в большей степени готов.



– Пробовал ли ты писать на родном кумыкском языке? Знаешь ли ты кумыкскую литературу?



– Писать на кумыкском языке я не пробовал, потому что, к сожалению, у меня нет опыта изучения кумыкского языка.


Благодаря родителям, которые прививали нам с сестрой любовь к языку, я неплохо понимаю кумыкскую речь, сам могу поддерживать бытовое общение, но писать – нет.


У меня, судя по всему, неплохо получается излагать свои мысли на русском, и, думаю, это и есть предназначение, которому я должен служить. А сделать перевод – не такая уж проблема. Знаю это не понаслышке, так как отдельные мои тексты переводились на английский, китайский, арабский, другие языки. О переводах на кумыкский я пока, к сожалению, не слышал.


Что касается кумыкской литературы, то я тоже вряд ли могу похвастать тем, что я хорошо ее знаю. В свое время, однако, прочитал ряд рассказов Ибрагима Ханмава Бамматули, которые буквально потрясли меня современностью излагаемых сюжетов и формы. Знаю своего земляка Аббаса Мамаева, который запускал краудфандинговые проекты по изданию своих книг задолго до того, как этот метод обрел массовую популярность. Я намеренно не беру хорошо известных классиков вроде Йырчи Казака, с произведениями которых тоже знаком.


Отдельно скажу о популярном кумыкском писателе-историке Мураде Аджи. Искренне уважаю его творческое бесстрашие и, пользуясь случаем, желаю долгих лет жизни.



– Арслан, веришь ли ты, что словом можно изменить мир? Как ты считаешь, для чего пишутся, создаются писателями новые произведения?



– Если изначально ставить целью изменить мир произведением или словом, наверное, ничего не получится.Но честно написанная книга, будь то «Капитал» Маркса или «Над пропастью во ржи» Сэлинджера, безусловно, меняет мир. Скажем, некоторые книги Оруэлла – они меняют общество или во всяком случае в свое время помогли по-новому взглянуть на мир и на то, как и по каким законам он функционирует. То есть, по сути, слово может изменить личность, а эти люди потом изменят мир. Если же брать слово в более широком смысле, не как непосредственно художественное слово, то только с его помощью, пожалуй, и можно изменить мир. Будь то слово произнесенное или написанное.


Что касается новых произведений и того, зачем они пишутся, то у каждого автора свои причины писать. Есть ставшая крылатой фраза одного из классиков: «Можешь не писать – не пиши». Пожалуй, очень много тех, кто пишет только потому, что не может иначе.



– Не бывает так, что ты задаёшься вопросом, для кого и почему я пишу свои рассказы и повести?



– Бывает, конечно, но если всерьез об этом задумываться, наверное, нужно было бы давно бросить это дело.


Попробую привести пример: для кого играет уличный музыкант? Или для кого дежурит спасатель на пляже? Для всех и в то же самое время ни для кого.


Изменится ли что-либо в мире, если лично я перестану писать? Я здраво смотрю на жизнь, поэтому, конечно же, нет. Изменения произойдут только в моей жизни – она отчасти потеряет смысл. При этом нельзя полностью отрицать, что в обозримой перспективе то, что я делаю, не сможет что-то изменить.


Есть известный фильм, снятый по одноименной книге «Пролетая над кукушкиным гнездом». Там фигурирует сумасшедший, который пытается оторвать раковину от пола, чтобы разбить зарешеченное окно, и после того, как, приложив максимум усилий, у него ничего не получается, он говорит: «Я хотя бы попытался».


Эта позиция созвучна моей. Пока есть силы и возможности заниматься творчеством, публиковаться – не вижу причин останавливаться.


Здесь, кстати, если позволите, хотел бы привести в пример небезызвестного Расула Гамзатова. Я как-то выступал на вечере его памяти в Москве, где были многие его родственники, другие ценители классиков советской эпохи. Я сказал, что при всем уважении и даже почтении к их вкладу в литературу, в развитие национальных языков, мы не должны забывать, в каких условиях они жили и работали. Это бесконечные поездки по стране и за рубеж, квартиры, дома отдыха, миллионные тиражи в государственных издательствах. Для кого они писали?


Можно привести пример, связанный с популярной музыкой.


Представьте себе двух одинаково талантливых людей, одного из которых будет поддерживать продюсерский центр с мировым именем и практически неограниченным финансированием, а другой будет как-то сам по себе продвигаться, заносить свои записи на радио, участвовать в кастингах и так далее. Как вы думаете, кто скорее придет к успеху?


Несмотря на некоторое неприятие зала, я сказал, чтобы присутствовавшие не забывали, кто помог Расулу Гамзатову стать тем Расулом Гамзатовым, которого мы ценим и любим. И я призвал также не забывать о современных, в том числе и дагестанских поэтах.


Подводя черту, скажу, что все мы, по большому счету, стоим в голом поле, и что бы мы ни делали, ничего не изменится, если мы перестанем.



– И в конце нашего интервью хотелось бы узнать твои пожелания всему кумыкскому народу, а также нашей газете в связи со столетним её юбилеем.


– С удовольствием желаю кумыкскому народу всего самого наилучшего. Особенно радостно сделать это в преддверии светлого праздника Нового года. Что касается газеты «Ёлдаш», то мне кажется, что она играет сегодня очень важную роль для кумыков. В своё время именно она дала мне площадку для публикаций, я это помню и ценю. С радостью поздравляю ее со столетним юбилеем!


Отдельно поздравляю с этой знаменательной датой главного редактора издания Камиля Алиева. Он является настоящим подвижником, извлекающим из глубин истории, казалось бы, давно забытые факты и сведения. Камиль Алиев делает гораздо больше, чем любой другой человек мог бы сделать, окажись на его месте.


– Спасибо, Арслан, за то, что согласился ответить на мои вопросы, и за увлекательное интервью, дальнейших творческих успехов тебе и неиссякаемого вдохновения.


– Вам спасибо!



Интервью подготовил

Насрулла БАЙБОЛАТОВ



Наша справка:

Хасавов Арслан Дагирович родился в кумыкской семье в 1988 году в Ашхабаде. Окончил Институт стран Азии и Африки МГУ, магистратуру НИУ «Высшая школа экономики». Лауреат независимой литературной премии «Дебют» (2014 г.), Всероссийского конкурса молодых журналистов-международников и др. Автор книг «Отвоевывать пространство» (2015 г.), «Смысл» (2016 г.) и «Лучшая половина» (2017 г.), публикуется в литературных журналах, федеральных общественно-политических СМИ.






Количество показов: 949
23.12.2017 00:00

Возврат к списку

AlfaSystems massmedia K3FN2SA
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика Бесплатный анализ сайта